[де:КОНСТРУКТОР] Терра-Прайм (СИ) - Лиманский Александр

Мы крались через джунгли. Медленно, тихо, растянувшись цепочкой с интервалом в пять метров.

Я вёл. «Сейсмическая Поступь» работала на минимальной чувствительности, фильтруя фоновый шум леса и выделяя вибрации крупных тел.

Джунгли вокруг дышали жизнью, стрекотали, шуршали, потрескивали, и каждый звук требовал оценки. Ветка хрустнула слева. Компсогнат? Ютараптор? Ветер? «Сейсмическая Поступь» отвечала: мелкое, до двадцати килограммов, удаляется. Не опасно.

Шнурок бежал рядом, низко, прижимаясь к земле. Живой детектор движения, настроенный миллионами лет эволюции. Каждые несколько секунд он поворачивал голову ко мне, проверяя, на месте ли вожак. Убеждался и продолжал бег.

Через двадцать минут я поднял кулак. Команда «Стой, укрытие». Группа опустилась в заросли бесшумно, синхронно, как учили. Кира скользнула за ствол дерева. Фид залёг, утопив автомат в листву. Док прижался к корню. Шнурок распластался у моей ноги, и перья на его загривке встали дыбом.

Впереди, за полосой гигантских папоротников, листья редели, открывая просвет. Я осторожно раздвинул стебли.

Поляна. Старая вырубка, поросшая молодой порослью и заваленная полуистлевшими стволами. На дальнем краю стоял «Мамонт», наш БТР, тяжёлый, угловатый, покрытый маскировочной сетью с нашлёпками грязи и листьев. Целый. На месте.

Рядом с «Мамонтом» стояло кое-что ещё.

Лёгкий вертолёт. Матовый чёрный корпус, обтекаемый, без единого опознавательного знака. Роторы повёрнуты в транспортное положение, но двигатели работали, я слышал тихий свист турбин, едва различимый на фоне лесного шума. Стелс-модель, корпоративная, из тех, что не существуют в официальных реестрах и не оставляют следов в системах контроля воздушного пространства.

У вертолёта стояли двое.

Первого я узнал по походке. Гризли. Живой, целый, в испачканном слизью комбинезоне, без разгрузки, с набедренным подсумком на правом бедре. Тем самым. С жёсткими дисками.

Второй…

Второй заставил меня задержать дыхание.

Высокая фигура в чёрной броне, которую я никогда не видел вживую и надеялся не увидеть. Матовый тактический экзоскелет, облегающий тело как вторая кожа, с сервоприводами на суставах и бронеплитами на ключевых зонах. Глухой тонированный шлем-противогаз, непроницаемый, без прорезей для глаз, с гладким чёрным забралом, в котором отражались верхушки деревьев. Всё чёрное. Всё безликое. Человек, стёрший себя до функции.

Человек в Чёрном. Это что еще за хрен с горы?

Он стоял на поляне в ста метрах от меня и принимал у Гризли подсумок с дисками.

Гризли протянул его обеими руками, уважительно, почти подобострастно, с тем выражением лица, которое я видел у подрядчиков, сдающих работу заказчику. Человек в Чёрном взял подсумок одной рукой. Легко, словно тот ничего не весил. Расстегнул клапан, заглянул внутрь. Кивнул.

Кира подползла ко мне. Беззвучно, как тень.

— Вижу, — шёпотом сказала она. — Это «Семья»?

Я кивнул.

Фид подтянулся с другой стороны. Его глаза горели. Предательство Гризли ещё жгло его изнутри, и при виде фигуры на поляне всё это сконцентрировалось в одну точку.

— Что делаем, шеф? — шёпот. — Патронов почти нет, но гниду надо брать. Нельзя его отпускать.

Глава 12

Я смотрел на поляну. На «Мамонт», на вертолёт, на Гризли, на чёрную фигуру. Считал. Прикидывал. Сапёр во мне перебирал провода, ища нужный.

Один бронебойный у Киры. Полрожка у Фида. Пистолет у меня. Против штурмового аватара и человека в экзоскелете, технологию которого я не мог оценить. На открытой поляне, без укрытий, без преимущества, без плана.

Арифметика дерьмовая. Но диски с данными «Химеры» улетали на чёрном вертолёте без опознавательных знаков, и если они долетят, то Гризли уже не получит свою месть. Но хуже всего, что проект «Химера» смогут начать заново уже другие люди.

На поляне Человек в Чёрном расстегнул подсумок и заглянул внутрь. Чёрное забрало шлема наклонилось на секунду, две. Потом он поднял голову и сказал что-то, чего я не расслышал за шумом турбин и стрекотанием джунглей.

— Ева, отфильтруй шумы и подними громкость. — мысленно дал приказ Еве.

— Уже работаю, шеф. — донеслось в моей голове.

Гризли замер. Его плечи дёрнулись, подались назад, и по языку тела я прочитал ответ раньше, чем он открыл рот. Несогласие. Возмущение. Руки взлетели в характерном жесте торговца на базаре, широком, требовательном, подчёркивающем каждое слово. Голос его долетел обрывками:

— … договаривались не так… мои люди рисковали… полная сумма…

Торгуется. Посреди джунглей, рядом с чёрным вертолётом без знаков, с человеком, от внешности которого шарахаются «Спринты». Я бы оценил его наглость, если бы мне не хотелось свернуть ему шею.

Человек в Чёрном слушал. Неподвижно, без единого жеста, с той каменной терпеливостью, которая бывает у людей, для которых слова собеседника не имеют ровным счётом никакого значения. Потом сделал шаг вперёд.

Я присмотрелся внимательнее, поднял мощность сейсмической поступи и понял, что этот человек невидим для моего модуля. Считывая информацию через ступни я ощущаю Гризли, но не ощущаю человека в Чёрном.

Рука в чёрной перчатке сомкнулась на горле Гризли.

Гризли был большим. Штурмовой аватар, полтора центнера мышц, брони и гидравлики. Боевая машина, способная перевернуть легковой автомобиль.

Человек в Чёрном поднял его одной рукой.

Медленно. Без рывка, без видимого усилия, с плавностью гидравлического подъёмника. Ноги Гризли оторвались от земли, болтнулись в воздухе, как ноги повешенного, и штурмовой аватар повис на вытянутой руке, хрипя, скребя пальцами по чёрной перчатке, дёргаясь всем телом. Рука Человека в Чёрном не дрожала. Даже не напряглась.

Рядом выдохнул Док. Тихо, сквозь зубы, с тем присвистом, который бывает у людей, увидевших то, во что они отказывались верить.

— Что это за тварь? — шёпот едва слышный.

Хороший вопрос. У меня не было ответа. Стандартный аватар, даже тяжёлый инженерный «Трактор» с полной гидравликой, не мог поднять полтора центнера одной рукой над головой.

Физически невозможно. Сервоприводы не рассчитаны, суставы не выдержат, мышечный каркас порвётся. Значит, это был не стандартный аватар. И не стандартный экзоскелет. Что-то другое. Что-то, чего не было ни в одном каталоге «РосКосмоНедра», который я изучал перед подключением.

Проект «Химера»?

Мысль мелькнула и ушла. Не время для гипотез.

Человек в Чёрном держал Гризли секунды три, может, четыре. Достаточно, чтобы донести мысль. Потом разжал пальцы, и Гризли рухнул на землю, как мешок с цементом, упал на колени, схватился за горло и захрипел, втягивая воздух разодранной гортанью.

Человек в Чёрном закрыл подсумок с дисками. Повернулся к вертолёту.

Мне хватило.

— Слушайте сюда, — шёпот, почти беззвучно, губами. Группа подтянулась, четыре головы на расстоянии вытянутой руки. — Патронов нет, лобовая атака исключена. Информации по противнику слишком мало. Берём хитростью.

Я нашёл глазами Киру. Она уже смотрела на вертолёт с тем прищуром, который я видел у снайперов перед выстрелом. Холодным, расчётливым, как у ювелира перед огранкой.

— Кира. Хвостовой стабилизатор вертолёта. Один патрон, одна цель. Без стабилизатора эта коробка никуда не улетит, — обозначил я.

Кира качнула головой. Еле заметно, на полсантиметра. Принято.

— Фид, Док. Дымовые шашки. Обе с флангов, одновременно, максимальный разброс. Создать видимость окружения.

Фид кивнул, принимая мой приказ. Рука уже полезла в боковой карман разгрузки, где в тактическом чехле лежали две дымовые гранаты М-18 с белой маркировкой.

— Я иду из дыма. Цель — взять Гризли. Живым, — серьёзно закончил я.

Док поднял бровь.

— Живым, — повторил я. — Мне нужен пленный. Диски улетят с вертолётом, но информация в голове у Гризли дешевле и доступнее. Он знает, кто заказчик, знает маршруты, знает точки передачи. Мне это нужно.